В июне весь русскоязычный мир отметил день рождения Александра Пушкина и День русского языка.
О том, какие филологические исследования сегодня ведутся БФУ им. И. Канта, какие вызовы стоят перед русским языком сегодня и как на них реагировать, в университете поговорили с Татьяной Цвигун, советником по вопросам русского языка и развитию гуманитарных наук, кандидатом филологических наук, специалистом по истории и теории литературы, экспериментальным практикам в русской словесности.
— На ваш взгляд, почему вообще такой праздник, как День русского языка, нужен? В чем его глобальный смысл?
— Если вернуться к празднику, то в этой «праздничной многомерности» даты есть свой символизм. Пушкин всегда был и остается особым автором, сопровождающим нас на разных этапах жизни. В детстве мы познаем мир, слушая пушкинские сказки, в школьные годы переживаем первую любовь, запоминая наизусть «Я вас любил» или «Я помню чудное мгновенье…», взрослея, черпаем мудрость из знаменитых онегинских строк или пытаемся разгадать парадоксы стихов «Чем меньше женщину мы любим / тем легче нравимся мы ей…». И место в русской культуре у Пушкина исключительное: он и «солнце русской поэзии», и «наше всё» (как в свое время емко и точно назвал его критик Апполон Григорьев), и что самое важное — создатель современного русского литературного языка. Роль Пушкина в развитии словесности трудно переоценить: именно он дал поэзии новое дыхание и звучание, сблизив ее с живой русской речью, и «языком Пушкина» мы говорим до сих пор.
Но давайте посмотрим и с другой стороны. Язык Пушкина — наш русский язык — имеет особый статус в общемировом измерении: по данным экспертов Института русского языка им. А.С. Пушкина, в 2025 году он занимает четвертое место в рейтинге конкурентоспособности мировых языков. На русском языке говорят или изучают его в 66 странах, он входит в число 12 ведущих языков планеты, занимает пятое место по количеству публикаций, индексируемых в международных научных базах данных, и второе — по количеству сервисов в интернете. Также на сегодняшний день русский язык входит в пятерку языков международной дипломатии, в топ-10 языков науки и СМИ. Поэтому День русского языка — это не формальный праздник, а в первую очередь повод еще раз понять, что язык, который мы используем ежедневно просто как средство общения, имеет богатую историю и важное культурное значение в современном пространстве международной коммуникации.
— Что сегодня представляет собой наука о русском языке? Как меняется язык, как на него влияет (и влияет ли) развитие технологий искусственного интеллекта?
— Исследования русского языка динамично развиваются, пересекаясь с самыми разными (зачастую далекими от филологии!) научными областями. Сегодня русисты всё более активно используют квантитативные методы и технологии Big Data, развивается сфера корпусной лингвистики — результатом этого является глобальный проект по наполнению Национального корпуса русского языка, который сегодня включает более 2 млрд словоупотреблений. В работе над НКРЯ участвуют ведущие научные институты Российской академии наук — Институт русского языка им. В.В. Виноградова, Институт языкознания, Институт лингвистических исследований, ведущие российские университеты. Уникальность этого проекта, который сегодня считается едва ли не главным инструментом в работе русиста, заключается в том, что в силу множественного охвата колоссальных по объему текстовых массивов разной природы — от древнейших текстов до блогов и видеоконтента, от художественных и научных источников до разговорной речи — он дает исследователю возможность настройки разных фокусировок, гибкого наблюдения над развитием языка, а также для прогнозирования его возможных изменений.
Кроме того, взаимодействуя с представителями естественнонаучного знания, филологи предпринимают попытки поместить изучение языка в новые контексты — например, рассмотреть его семиотические механизмы через призму ДНК. Погружаясь в пространство нейросетей и искусственного интеллекта, лингвисты пытаются не просто обеспечить работу больших языковых моделей, но и понять ее результаты: осмыслить закономерности конструирования текстов нейросетями, найти сходства и различия между антропным и цифровым автором (ИИ-автором), между сетевой коммуникацией и живым общением и даже использовать нейросети в весьма необычной функции — как инструмент проверки и верификации лингвистических гипотез.
— Какие главные вызовы для развития русского языка вы видите сегодня?
— Что считать вызовом для развития русского — и вообще любого — языка? Мнения филологов на этот счет разнятся подчас радикально, и вряд ли можно дать какой-то однозначный ответ. Русский язык — это живой язык, который гибко и чувствительно откликается на то, как молниеносно меняется мир вокруг нас. Заимствования или сленг? — но в русский язык встроены невидимые для нас механизмы, которые зачастую помимо нашей воли решают, что оставить, а от чего избавиться; а кроме того, это та область языковой жизни, которая очень зависима от смены поколений: уходя, они уносят с собой свои языковые привычки, уступая дорогу следующим.
Мне представляется, что главный вызов не столько языку, сколько нам как его носителям — это та область, в которой язык встречается с технологиями искусственного интеллекта. Ведь интеллект, пусть и искусственный, интеллектуален ровно настолько, насколько он способен говорить с человеком на одном — естественном — языке.
Сегодня мы наблюдаем, что нейросети не просто научаются этому языку — они осваивают сами принципы антропной коммуникации, и классическая задача «китайской комнаты» становится как будто всё более нерешаемой. С одной стороны, это создает проблемы, которые раньше звучали совсем по-иному. Например, как сегодня квалифицировать плагиат? плагиатичен ли текст, написанный человеком совместно с нейросетью? если да, то насколько? если нет, то где пролегает граница между «своим» и «чужим» словом? Мне кажется, число таких вопросов будет только расти. А с другой стороны, можем ли мы быть уверены в том, что уже через год-полтора умная колонка или робот-пылесос не начнут учить нас вежливому общению сначала с ними, а затем и друг с другом?
— Какое стихотворение Пушкина сейчас, в 2026 году, особенно остро отзывается у вас в душе?
— Пушкин — это как голос в голове: много текстов, что из них выбрать? Пушкин всегда к месту, он почти фразеологизировался, почти стал мемом (в хорошем смысле слова). Пушкин как будто неотделим от нас — не случайно же Булгаков иронизировал по поводу Пушкина, который «лампочку на лестнице выкрутил» и «за квартиру платить будет». Одним словом, Пушкин — жив!
Но если все-таки выбирать что-то одно, то, наверное, это будет великое пушкинское. «Не дай мне бог сойти с ума…» — гимн человеческому разуму и вечное предупреждение о страхе его лишиться. Это словно поэтический ответ на кантовское «Sapere aude», ответ одновременно и философский, и очень человечный.
Магистрант БФУ стал прототипом памятника читающему Канта студенту в Калининграде.
